← Back to channels
Дмитрий НЕКРАСОВ
@dnekrasov0 subscribers
Messages
#482Apr 14, 08:20 AM3,446 viewsedited Apr 14, 08:21 AM
Нам некоторое время назад заказали доклад в несколько необычном для нас жанре – с обзором долгосрочных рисков республики Кипр. С согласия заказчика выкладываю в общий доступ. Живущим на Кипре будет особенно интересно, но и не имеющим отношения к острову могут быть любопытны разделы про Турцию, ближний восток и ЕС, затрагивающие и более общие вопросы, нежели просто про Кипр.
https://case-center.org/wp-content/uploads/2026/04/Cyprus_Risk_Report_RU.pdf.pdf
webpage
#481Apr 10, 06:31 AM5,440 viewsedited Apr 10, 06:43 AM
webpage
#480Apr 5, 09:18 AM7,312 viewsedited Apr 5, 09:22 AM
Казалось бы, конец истории, но не тут-то было. Правобережье, примерно до 1666 года воевавшее по преимуществу за Польшу против Москвы, решило, что шоу должно продолжаться, и в 1666–1671 годах стало, как и до вступления в войну России, вместе с Крымским ханством воевать против поляков. А еще до кучи попросилось под руку к турецкому султану. Правда, другая часть правобережных украинцев в то же время задумала совместно с Крымским ханом воевать против султана, но хана вовремя успели сместить.
Султан, в немалом удивлении от происходящего (у него в планах были совсем другие войны), был вынужден вмешаться в этот дурдом. В 1672 году он наголову разбил поляков. В ответ на это, чтобы довести ситуацию до полного абсурда, в Москве тоже решили снова повоевать за Украину — теперь уже с Османской империей, находящейся на пике своего могущества. Даром что тяжелейшая 13-летняя война лишь 5 лет как закончилась, да и от восстания Разина едва отошли. Степень авантюризма этого решения нынешним политикам и не снилась.
Что важно: решили повоевать с султаном НЕ В СОЮЗЕ с поляками, а так, частным образом. Т.е. и Польша, и Россия, и султан считали правобережную Украину своей, но воевали между собой двумя отдельными войнами. История с войной против Швеции Москву ничему не научила, и всю дорогу существовал серьезный риск, что поляки с турками замирятся и вместе разнесут царские войска. Москву спасло лишь то, что поляки не хотели уступать царю первенство в состязании по неадекватности.
Султан в 1674 году шел большим походом на Польшу, но по дороге случайно узнал, что под Чигирином (осаждая в нем правобережных просултанских украинцев) стоит русская армия. И решил вместо Польши бить русских. А мог бы поляков — какая разница.
В 1676 году султан заставил поляков окончательно признать правобережье турецким. После чего турецкая армия несколько раз ходила против русских под Чигирин, который обе стороны попеременно осаждали, т.к. часть правобережных украинцев в очередной раз сменила сторону и перебежала от султана к царю.
В 1681 году и Россия была вынуждена признать правобережье турецким. Впрочем, мир в Украине был недолгим. В 1683 году Польша в составе большой общеевропейской коалиции вступила в «Великую турецкую войну», каковая длилась аккурат до 1699 года. По итогу султану пришлось вернуть полякам правобережье. Таким образом, между восстанием Хмельницкого в 1648 году и окончательным закреплением раздела на российское левобережье и польское правобережье прошло полвека почти непрерывной войны постоянно меняющихся местами сторон.
У отдельных из описанных выше зигзагов внешней политики были и вполне рациональные аргументы, в отношении других решений мне искренне интересно, что курили действующие лица. Но давайте на секунду посмотрим на происходящее глазами обывателей той эпохи. Трамп показался бы им просто образцом последовательности.
P.S. Кремлевским любителям истории желательно было бы повнимательнее поизучать именно эту ее страницу, прежде чем снова ввязываться в украинские войны.
#479Apr 5, 09:18 AM5,092 viewsedited Apr 5, 12:18 PM
Часто вижу в ленте искреннее удивление обитателей фейсбука непостоянством текущих политических альянсов. Трамп с его непоследовательностью и прочими Гренландиями. Орбан с Катаром. Неуступчивые аятоллы и невменяемые лидеры ЕС. Хаос и бардак. Доколе!?
По прочтении подобных удивлений меня каждый раз подмывает на историческом примере продемонстрировать, в какое стабильное время мы, на самом деле, живем и насколько предсказуемы и последовательны наши политики. Хотел было про 30-летнюю войну поговорить, но побоялся запутать читателя множеством незнакомых действующих лиц. Лучше расскажу о более близком нам политическом ландшафте вокруг Украины в период 1648–1699 годов. Опишу только самые значимые загогулины внешней политики сторон, крайне упрощая, да простят меня историки.
С 1648 по 1654 все было четко и понятно. Украина Хмельницкого (не будем спорить о терминах, пишу как понятнее) в союзе с Крымским ханом воевала против Польши за то, чтобы остаться в составе Польши, но на лучших условиях.
В 1654 Москва предложила Украине лучшие условия в своем составе и с целью защиты Украины вторглась в Литву. Часть литовцев (для простоты буду называть литовцами всех жителей территории ВКЛ на 1654 год, хоть этнически они по преимуществу руссо-белорусы) перешла на сторону Москвы. Украинцы в тот год (пока еще в союзе с Крымом) тоже вторглись в Литву, где успели повоевать как с теми литовцами, которые за Польшу, так и с теми, которые за Москву.
В 1655 году Крым сменил сторону и стал вместе с поляками воевать против русско-украинцев. В Литве в то время царские войска заняли полстраны. В том же 1655 году Швеция вторглась в Польшу. Часть литовцев во главе с гетманом тут же перешла на сторону шведов
В 1656 году Россия вдруг передумала воевать с Польшей и, не заключив с ней прочного мира, начала воевать со Швецией, в значительной мере поспособствовав спасению Польши от полного разгрома. Украина, вроде бы как уже входящая в состав Московского царства, в то же самое время продолжала воевать с Польшей на стороне Швеции. Литовцы в этот период воевали кто за Москву, кто за Польшу, кто за Швецию Монархи этих трех стран одновременно считали себя законными правителями ВКЛ — по просьбам трудящихся
Польско-шведская война стала общеевропейской, втянув множество стран — от Дании и Голландии до Империи Габсбургов. Подробный рассказ об этом занял бы слишком много времени, отмечу лишь, что Пруссия с Бранденбургом тоже успели повоевать сначала на стороне Швеции, потом, без перерыва, против нее.
В 1658 году Россия снова передумала, перестала воевать со Швецией и возобновила войну с Польшей. Видимо для симметрии основная часть украинцев тоже передумала и вместо войны с Польшей на стороне Швеции стала воевать на стороне Польши против России в союзе с крымским ханством.. Правда, другие украинцы напали в то же самое время на Крым.
С 1660 года у украинцев стало минимум два, а иногда и более гетманов. Большинство из них меняли сторону между Польшей, Россией и Турцией минимум однажды. Особо талантливые — и большее число раз. Там есть настолько непоследовательные политические биографии, что Трамп нервно курит в сторонке. А еще временами совершенно автономно от гетманов действовали Сечь и отдельные полковники. Чтобы не утонуть в подробностях и не сойти с ума, давайте будем считать, что далее часть украинцев воевала на всех сторонах конфликта в любой момент времени. В том числе и просто между собой, без связи с другими сторонами. Разные литовцы тоже много раз в разные стороны передумали, но в основном переходили от Москвы и Швеции обратно к Польше.
В 1660-м же году Польша наконец замирилась со Швецией, и война вернулась к более-менее логичному сюжету. Польша в союзе с Крымом воюет против Москвы, а украинцы и литовцы — на обеих сторонах. Правда, параллельно поляки умудрились повоевать еще и друг с другом, а отдельные польские части переставали подчиняться короне и грабили кого удобнее. Но это мелочи. Воевали долго и увлеченно, пока не замирились в 1667 году на условиях раздела Украины на польскую правобережную и русскую левобережную, а также уступки Москве части ВКЛ.
#478Apr 4, 08:11 AM3,717 viewsedited Apr 4, 08:16 AM
С другой стороны, та же самая устойчивость снижает вероятность того, что подобные конфликты будут перерастать в глобальные гуманитарные или экономические катастрофы. Способность экономики адаптироваться, перенаправлять потоки, восстанавливать инфраструктуру и поддерживать базовое функционирование систем означает, что даже при наличии серьёзных шоков последствия для повседневной жизни и обеспечения базовых потребностей будут более ограниченными, чем это предполагалось ранее. Особенно если мы говорим о масштабах мировой экономики в целом, а не отдельных стран или товарных цепочек.
С точки зрения аналитики подобных конфликтов, акценты в оценке их перспектив, на мой взгляд, требуют существенного смещения. Традиционно анализ строится вокруг того, какие именно элементы инфраструктуры могут быть разрушены, какие узлы являются критическими и незаменимыми, какие технологические решения не имеют альтернатив. Такой подход систематически переоценивает хрупкость систем и недооценивает их адаптивность.
За последние годы выяснилось, что гибкость глобальных технологических и логистических цепочек существенно выше, чем предполагали многие модели. В прогнозах систематически переоценивалась возможность нанесения ущерба и недооценивалась способность систем к восстановлению и адаптации. При этом практически игнорировался вопрос о том, какие альтернативные решения могут быть задействованы — пусть менее эффективные, более дорогие или сопряжённые с дополнительными рисками.
В новых условиях целесообразно строить анализ как военных, так и санкционных воздействий отталкиваясь не столько от их краткосрочного непосредственного эффекта, сколько от оценки множества альтернативных способов обхода возникающих ограничений. Речь идёт о широком спектре решений: от снижения стандартов переработки и отказа от части систем безопасности и очистки до строительства временных байпасов, поиска альтернативных поставщиков и использования избыточной гибкости существующих логистических и производственных цепочек.
Практика последних лет показывает, что такие альтернативы возникают быстрее и в большем количестве, чем это обычно закладывается в прогнозах. В частности, в случае Ормузского пролива речь может идти не только о формально разрешенном Ираном проходе танкеров, но и о неформальных, серых механизмах — от индивидуальных коррупционных договорённостей владельцев танкера, например с функционерами КСИР, до сознательного принятия повышенных рисков, включая обход страховых ограничений и прохождение танкеров через пролив с выключенными транспондерами.
Безотносительно к ситуации конкретно вокруг Ормузского пролива, риск-анализ в условиях современных конфликтов разумнее строить не столько от сценариев разрушения и ограничения, сколько от оценки возможностей восстановления и обхода. Ключевой вопрос — не в том, что может быть уничтожено, а в том, каким числом альтернативных решений располагает система для восстановления или замещения утраченного функционала. И, как показывает практика, таких решений, всегда оказывается, значительно больше, чем способны представить большинство аналитиков.
Просто потому, что подобные решения приносят тем, кто их осуществляет многократно большие деньги, чем любая аналитика. И думает над решением проблем распределенный рынок состоящий из тысяч разнообразных участников с ассиметричными ресурсами, а не теоретики, сидящие в башне из слоновой кости.
https://ru.themoscowtimes.com/2026/04/02/paradoks-a191624
webpage
#477Apr 4, 08:11 AM3,479 viewsedited Apr 4, 08:13 AM
Вышла моя очередная статья в Moscow times текст как обычно дублирую
События последних лет продемонстрировали две важные тенденции.
С одной стороны, политики и правительства от России и ЕС, до США и Ирана показали, что готовы в значительно большей степени, чем предполагалось ранее, пренебрегать экономическими рисками при принятии военно-политических решений. Соображения экономической рациональности перестали выступать жёстким ограничителем для военной эскалации или административных ограничений.
С другой стороны, сама мировая экономика оказалась существенно более устойчивой к военно-политическим шокам, чем это ранее предполагалось большинством аналитиков. Во многих случаях фактический ущерб реальным экономическим процессам оказался заметно ниже первоначальных прогнозов. Это в полной мере относится, например, к санкциям против российской экономики: они привели к значительным изменениям в структуре потоков и ценовых дисконтах, но не вызвали того масштаба дестабилизации, который предполагался на раннем этапе.
Одна из причин этого состоит в том, что запад больше не является единственным источником капитала и технологий, а его доля в мировой экономике существенно сократилась по сравнению с 1990-2000 годами. Пример российской экономики наглядно демонстрирует, что без включения в санкционную коалицию стран глобального Юга санкционное давление может в лучшем случае ограничить потенциал экономического развития санкционируемой страны на горизонте нескольких десятилетий, но не спровоцировать немедленную экономическую катастрофу, влекущую смену режима или уступки с его стороны. Экономические проблемы Кубы или Венесуэлы связаны в первую очередь с неэффективной экономической политикой их собственных правительств, и лишь частично внешними ограничениями.
Однако более важной причиной низкой эффективности любых санкций стала гибкая реакция международного бизнеса на вводимые административные ограничения. При наличии платежеспособного спроса любые разрывы традиционных связей быстро купируются перестройкой логистических и финансовых потоков, сменой рынков сбыта или покупки техгологий, возникновением альтернативных механизмов расчетов и так далее. Танкеры легко меняют флаги или формальных владельцев. Малые страны вдруг становятся крупными транзитерами санкционной продукции, даже вопреки желанию собственных правительств.
Аналогичная картина наблюдается и в сфере прямого военного воздействия на инфраструктуру. Взаимные удары России и Украины по энергетическим объектам оказывали ощутимый эффект в моменте, но на более длинном временном горизонте этот эффект был крайне ограничен за счёт восстановления, перераспределения нагрузок и адаптации систем. Происходящее вокруг Ормузского пролива демонстрирует схожую логику: несмотря на резкое снижение прозрачного трафика и рост рисков, потоки не обнуляются. Танкерные перевозки через пролив продолжаются, пусть и в меньшем объеме, в том числе с использованием менее прозрачных схем. Помимо этого быстро задействуются обходные маршруты, повышается загрузка альтернативной инфраструктуры.
В результате экономика не столько избегает потерь, сколько перераспределяет их во времени и по участникам, сохраняя при этом функциональность даже в условиях серьёзных внешних шоков.
С точки зрения глобальных перспектив это одновременно и хорошая, и плохая новость.
С одной стороны, наблюдаемая устойчивость экономических систем, вероятно, будет повышать склонность политиков к эскалации локальных конфликтов. Если экономические последствия воспринимаются как управляемые и ограниченные, то они перестают играть роль сдерживающего фактора при принятии военно-политических решений.
#476Apr 3, 09:01 AM3,835 viewsedited Apr 3, 09:03 AM
photo
#475Apr 3, 09:01 AM4,177 viewsedited Apr 3, 09:03 AM
Накануне Первой Мировой войны передовые страны Европы перераспределяли через бюджеты всех уровней 10-17% ВВП, расходуя 2.5-5% на оборону и 1.5-4% на социальные нужды. США в то время правительство перераспределяло около 8% ВВП с ничтожными тратами как на оборону так и на социалку.
Закончив мировые войны в начале 1950-х европейские правительства стали перераспределять уже 25-35% ВВП из которых на социальные нужды шло около половины (в 2-2,5 раза больше чем на оборону). США в это время тратили немногим больше 20% ВВП госрасходов, из которых половину на оборону (в 2-3 раза больше чем на социалку). Социальные расходы правительства в США превысили оборонные только во второй половине 1960-х. Отмечу, что период, когда оборонные траты превышали социальные был для США самым динамичным с точки зрения экономического роста. Впрочем, я не возьмусь утверждать, что это взаимосвязано.
Ситуация на сегодняшний момент показана на приложенном слайде. Нет сомнений, что с точки зрения текущего благополучия населения социальные расходы предпочтительнее военных, не создающих реальных полезностей. Однако с точки зрения долгосрочной устойчивости государственных финансов ситуация ровно обратная. Военные расходы гораздо проще сократить (например закончив войны) с весьма ограниченными негативными последствиями для экономики, и едва ли не позитивными для социально-политической стабильности. Существенное сокращение социальных расходов политически гораздо сложнее. Особенно в развитых демократиях.
В любых рассуждениях о войне на истощение кого угодно с кем угодно в современном мире надо в первую очередь смотреть именно на долю социальных расходов в ВВП. Это главная обуза любого бюджета. Собственно военные расходы глубоко вторичны.
На этом слайде должен был присутствовать еще один столбец «государственные расходы на строительство инфраструктуры». К сожалению мне не удалось найти полностью сопоставимых данных, а в китайской статистике сам черт ногу сломит. Дам лишь широкий диапазон: китайское правительство инвестирует в инфраструктуру 6-10% ВВП, США и Россия 3-4%, отмеченные страны ЕС 2-3% ВВП.
#473Mar 28, 08:01 AM6,559 viewsedited Mar 28, 08:01 AM
webpage
#472Mar 27, 09:07 AM6,146 viewsedited Mar 27, 09:08 AM
webpage
#471Mar 26, 09:29 AM6,157 viewsedited Mar 26, 09:44 AM
Забавно наблюдать очередное информационное искажение, кругами расходящееся от новости Reuters о «временном выводе из строя 40% мощностей по экспорту нефти из РФ». Очень напоминает прошлогодний якобы вывод 40% мощностей НПЗ.
Я не знаю (да и вряд ли Reuters знает) сколько там в реальности чего повреждено, но математика использованная в тексте новости говорит сама за себя. Написано что временно выведена из строя мощность около 2 млн баррелей в день. Текущий экспорт сырой нефти из России около 5 млн баррелей – все логично 40%. Вот только установленная мощность экспорта сырой нефти скорее в районе 6,5 млн баррелей. При очень сильном желании считать все по максимуму можно и 8 насчитать, но через систему идет не только российская нефть, так что не будем уходить в детали.
Важно что потенциальная экспортная мощность заметно выше фактической отгрузки в 5 млн. Тем не менее новость массово интерпретируется как сокращение экспорта на 40%.
#470Mar 25, 04:52 PM5,944 viewsedited Mar 25, 06:27 PM
В новостях пишут о том, что в Голландии нашли могилу д’Артаньяна. Мало кто в курсе как погиб прототип героя Дюма в реальной жизни. А это поучительно, потому кратко расскажу.
В то время Англия и Франция совместно воевали против Голландии. Шла осада Маастрихта. Группа золотой молодежи во главе с герцегом Монмутским (в которую входил молодой Черчиль, предок известного всему миру Черчилля и будущий герцог Мальборо) решила проявить себя. К тому времени часть укреплений крепости уже была взята предшествующими планомерными операциями, и злые языки говорили, что самое время договариваться с гарнизоном о сдаче, ибо расчитывать защитникам было не на что.
Далее слово Уинстону Черчиллю, написавшему биографию своего великого предка:
«Так или иначе, но под Маастрихтом Англию представлял один только герцог Монмутский с дюжиной джентльменов-добровольцев — среди них заметен Черчилль — и с эскортом этой компании в тридцать джентльменов из лейб-гвардии. Людовик XIV принял блестящую делегацию со всеми церемониями — ведь возглавлял её бастард короля-собрата. Когда подошла очередь, Монмута поставили "генералом траншей", предоставив ему и друзьям прекрасную возможность отличиться перед самым современным, придирчивым и модным собранием военных авторитетов. Каждый из ретивой дюжины готов был рискнуть жизнью и стяжать славу «...» мы не сомневаемся, что наш молодой офицер вполне разделял всеобщую беспечность. Боевое товарищество, приключения, надежда добыть мечом славу и повышение застят всё прочее в глазах юности.
«...» Дальнейший эпизод принадлежит скорее беллетристике, нежели военной истории, но подтверждается многими подробными и подлинными письменными свидетельствами. У нас есть два отчёта в письмах очевидцев к Арлингтону».
Процитирую одно из этих свидетельств очевидцев.
«После того, как герцог облёкся для сражения, мы вышли не обыкновенным путём, но перелезли траншейный парапет, обращённый к неприятелю. И с герцогом были следующие лица: мистер Чарльз О"Брайен, мистер Виллар, двое сыновей лорда Рокингема, капитан Ватсон со своим родственником, сэром То. Армстронгом, капитан Черчилль, капитан Годфри, мистер Рой и я; ещё два пажа герцога и трое-четверо слуг; так мы пошли с обнажёнными саблями на вражескую баррикаду, по единственно открытому нам узкому проходом. Там был господин д"Артаньян с мушкетёрами, кто действовал очень храбро. Названный джентльмен пользовался наилучшей репутацией в армии, он стал упрашивать герцога не ходить дальше, а когда тот не послушался, пошёл вместе с ним, но проходя узким местом, стал убит выстрелом в голову;»
В тот день погибло около 1500 участников штурма.
Герцог не пострадал. Через неделю договорились о сдаче города.
#469Mar 25, 08:20 AM4,803 viewsedited Mar 25, 08:21 AM
Больше двух недель гастролировал по маршруту Вена-Грац-Лондон-Вашингтон-Филадельфия-Нью-Йорк-Майами-Доминикана. И все по делам каким-то. Ну почти😊 Изначально планировалось разбить все это на две отдельные поездки, но постоянные отмены рейсов на Кипр вынудили совместить. Возвращаюсь в нормальный режим с эфирами и текстами. Ниже сегодняшний на Живом Гвозде.
https://www.youtube.com/watch?v=ETnZSY5URW0
webpage
#468Mar 20, 01:20 PM6,386 viewsedited Mar 20, 01:31 PM
Не гордиться и не кричать, какие мы великие, а кланяться, уступать и заискивать. Лукашенко это умеет. Стабильность режима с такой странной экономической политикой и не очень разумной внутренней политикой на протяжении столь долгого времени обеспечивается исключительно способностью Лукашенко выторговывать себе ресурсы в невероятных масштабах. От России он получил несколько сотен миллиардов долларов.
Так же, как он торговался с Россией, сейчас торгуется с Трампом. За запонки он ничего не отдаст. А политзаключённых он ещё наберёт. Вы нам — реальные уступки, а мы вам — мелочь, которая почему-то для вас важна.
________________________________________
— Вы намекнули, что знаете, как формировалась политика Трампа по Беларуси. Но в принципе — зачем Трампу белорусские политзаключённые? Как говорится, что ему Гекуба? Он человек не сентиментальный, он не Amnesty International. Политзаключённые есть во многих странах — в России, Азербайджане, Китае. Тамошние, похоже, его не очень волнуют. А почему белорусские волнуют? И причём, если Лукашенко посадит новых, это, судя по всему, его не сильно будет беспокоить.
— Вы продолжаете искать логику там, где её нет. Мир устроен хаотично. Нашлись люди, которые смогли позвонить Трампу в самолёт в удобный момент, смогли встретиться. И он вдруг включился в эту проблему. И точка. Это вопрос действий конкретных людей, которые здесь нашлись, а в другом случае не нашлись. Приписывать людям, особенно Трампу, долгосрочную логичную стратегию его действий… Да вы просто посмотрите в окно, что происходит в мире. Миром управляет хаос, а не логика.
#467Mar 20, 01:20 PM5,961 viewsedited Mar 20, 01:24 PM
— Самые горячие в Европе сторонники сохранения и усиления санкций против Беларуси — Польша и страны Балтии. Но они остаются и главными торговыми партнёрами Беларуси в ЕС. Почему так получается?
— Что касается Беларуси, объяснение простое: Польша и страны Балтии географически ближе всего к ней. Но самые активные торговые партнёры России, через которых идё логистика, где выстроена вся система обхода санкций и через которых везут те же товары двойного назначения в Россию — это тоже страны Балтии. И тут нет никакого парадокса.
Не нужно отождествлять политиков и отдельных бизнесменов, которые по своей природе космополитичны и просто зарабатывают деньги, участвуя в схемах обхода санкций.
Большинство граждан балтийских стран поддерживают любые санкции против России. Поэтому политики там призывают к санкциям. А бизнесмены видят возможность заработать. Более того — чем жёстче вводятся санкции, тем больше отдельные бизнесмены зарабатывают на их обходе.
________________________________________
— Но официальные данные Евростата показывают, что основные импортёры в Россию — это Германия, Италия, Нидерланды, Бельгия. Польша только на пятом месте.
— А как товары, скажем, из Германии попадают в Россию? Значительная часть как раз через страны Балтии. И это не обязательно отражается в официальной статистике Евростата. Страной назначения может быть Кыргызстан или Узбекистан. Против них нет санкций ЕС. И фура через страны Балтии направляется в Узбекистан или Кыргызстан. И по документам она туда и приезжает, а фактически — не доезжает, а на самом деле едет в Россию.
И вся логистика выстроена именно таким образом. Я общался с бизнесменами, которые этим занимаются. Это просто хаб по обходу санкций. Это не значит, что его создали правительства соответствующих стран. Его создали бизнесмены, потому что им так удобно: они русскоязычные, привыкли нарушать закон, и есть граница с РФ.
________________________________________
Кто освобождает политзаключённых в Беларуси — санкции или дипломатия Трампа?
— В прошлом году США начали диалог с Лукашенко, отменили санкции против «Белавиа» и «Беларуськалия», Дональд Трамп назвал Лукашенко «глубокоуважаемым президентом», пригласил в Совет мира. Лукашенко помиловал 342 политзаключённых, в том числе таких известных, как Сергей Тихановский, Виктор Бабарико, Мария Колесникова, Алесь Беляцкий. Правда, посадил ещё 509. Освобождение политзаключённых — это результат санкций или дипломатии Трампа? Вопрос вам не только как экономисту, но и как бывшему политику и чиновнику.
— Я не понимаю, как одно от другого можно отделить. Конечно, санкции были разменной монетой. С другой стороны, если бы не разгоняли протесты и не сажали людей в тюрьмы, санкций, вероятно, не было бы. Ну и если бы не было войны, не было бы таких санкций.
Но если бы не было санкций, не было бы оснований для торговли с режимом.
Трамп ведёт себя прагматично во многих вопросах и добивается разными, иногда циничными способами своих целей. Я не его апологет, но нужно признать, что в отдельных случаях он бывает значительно более эффективным, чем другие, особенно европейские лидеры.
Я даже немного знаю, как до него донесли белорусскую тему, но не буду вдаваться в подробности. Повезло белорусским политзаключённым, что нашлись люди и силы, которые смогли не просто донести до Трампа эту тему, но и вовлечь его. Он включился — молодец, многих вытащил из тюрем. Но понятно, что режим посадит новых.
С такими режимами большего добиться невозможно.
________________________________________
— А как вы считаете — мог ли Трамп добиться того же результата только знаками признания: лестью, приглашением в Совет мира, подарками? Этого было бы достаточно?
— Конечно, нет. И точно нет, если речь идёт о Лукашенко. Это человек, который гениально доил российский бюджет десятилетиями. И при этом менял свои позиции когда угодно и перед кем угодно. Не буду говорить о внутренней политике, но во внешней политике он — образец того, как должен вести себя настоящий государственный деятель в интересах собственного народа.
#466Mar 20, 01:20 PM3,864 viewsedited Mar 20, 01:27 PM
— Мне, конечно, гораздо ближе подход Колесниковой. Если мы рассматриваем санкции как инструмент изменения режима, то в этом смысле на изменение режима в Беларуси могут повлиять санкции в отношении России, но не санкции в отношении Беларуси. Устойчивость режима Лукашенко — это функция от того, насколько силён Путин. Поэтому ничего, кроме ухудшения жизни простых белорусов, санкции в отношении Беларуси не приносят. Ключи от стабильности белорусского режима лежат в Кремле, а не в Беларуси.
Способность ЕС гибко на что-то реагировать близка к нулю. Это очень медленная и идеологизированная бюрократия. И два-три идеологизированных политика могут блокировать любое разумное решение, даже если оно будет выработано. Поэтому подход Колесниковой мне ближе, но способность ЕС последовательно и логично его реализовать вызывает у меня очень большие сомнения.
________________________________________
— На прошлой неделе Верховная рада Украины единогласно приняла обращение к ЕС с предложением полностью прекратить торговлю с Россией и Беларусью. Может ли Европейский союз сделать это, по крайней мере в отношении Беларуси?
— Да. А почему нет?
— А почему тогда? 4 года войны этого не делали.
— Повторю — не нужно искать в политике ЕС логику, кроме логики пиара отдельных политиков в аппарате бюрократии или в отдельных странах. Если кому-то будет выгоден пиар на такой политике и это не встретит сопротивления пиар-стратегий других игроков, может быть принято любое решение. Искать в этом логику — абсолютно бессмысленное занятие. Я занимался этим несколько лет и так и не нашёл её.
________________________________________
Как санкции ЕС воздействуют на экономику Беларуси?
— Основная мотивация санкций ЕС против Беларуси — лишить Лукашенко возможности помогать России вести войну. Но санкции в большей степени повлияли не на импорт, а на экспорт Беларуси. Однако это лишает Лукашенко только одного — денег. Но он может использовать их и для помощи России в войне, и, скажем, на пенсии для белорусов. Можно ли сказать, что санкции на экспорт, например калийных удобрений, лишают Лукашенко возможности укреплять российскую военную машину?
— На самом деле не столько Лукашенко как-то помогает Кремлю, сколько Кремль регулярно подпитывает режим Лукашенко — через льготные тарифы, через прямые займы, через помощь со стороны российской банковской системы. Есть логика в подходе, согласно которому, если у Лукашенко будет немного больше денег, поддержание его режима будет обходиться Кремлю немного дешевле. Сколько Кремль даёт ему денег, зависит от того, насколько плохо идут дела у режима Лукашенко.Многие союзники России находятся у неё на содержании в прямом смысле.
Однако в масштабах российской экономики это не очень значимые величины. Хотя сейчас, с учётом общего бюджетного дефицита, помогать сложнее, чем в предыдущие годы.
________________________________________
— Но всё же и Лукашенко помогает Кремлю — на российский ВПК работают сотни белорусских предприятий.
— Но им же за это платят, они получают деньги из российского бюджета. Если рассуждать чисто экономически, то для белорусской экономики это плюс.
— Но если бы они не работали на российский ВПК, возможно, России неоткуда было бы получать эту продукцию.
— Безусловно, но если в Беларуси есть экономические проблемы, закрываются какие-то предприятия, и при этом есть ВПК, на продукцию которого есть стабильный спрос со стороны российского государства, то это усиливает перераспределение ресурсов, в том числе рабочей силы, в пользу ВПК.
То есть если есть желание подорвать поставки белорусского ВПК в Россию, то удушение других частей белорусской экономики приводит исключительно к тому, что ВПК получает больше ресурсов и может поставлять в Россию больше своей продукции.
Если у вас есть сектор экономики, на продукцию которого стабильный спрос, а в других секторах этот спрос снижается, это приводит к перераспределению ресурсов в пользу этого сектора.
________________________________________
#465Mar 20, 01:20 PM4,545 viewsedited Mar 20, 01:48 PM
Вышло мое интервью белорусской редакции радио «Свобода». Было оно на белорусском, поэтому сделал обратный перевод силами ИИ, с незначительным редактированием:
— Экспорт Беларуси в Европейский союз упал в 14 раз с 2021 года, а импорт — только на 40%, причём за последний год.
Насколько корректно предположение, что санкции ЕС в отношении Беларуси и России сконструированы по-разному: санкции против Беларуси в большей степени ограничивают её экспорт, а санкции против России — её импорт из ЕС?
— Сразу оговорюсь, что я не большой специалист по белорусской экономике, никогда специально её не изучал. Если говорить о санкциях и их логике, то нужно всегда чётко понимать, что никакой логики кроме пиаровской в санкциях нет. Продуманной экономической стратегии ни в отношении России, ни тем более в отношении Беларуси просто не может быть, судя по тому, как принимаются решения.
Я совершенно не согласен с тезисом, что в отношении России санкции в большей степени ограничивают импорт в неё, чем её экспорт. Все санкции, которые касались импорта в Россию, оказали относительно незначительный эффект. Они влияют только на рост цен на определённые товары в России. Там, где есть товары-заменители сопоставимого качества, например китайские, просто произошла замена.
Те, кто хочет купить Lamborghini или сумку Gucci, спокойно их покупают, просто платят больше.
Все основные санкции против России — как раз в отношении экспорта. Я имею в виду — основные по значению, по влиянию на экономику.
В первую очередь это запреты на покупку российской нефти Европейским союзом, что приводит к значительным потерям на транспортировку и прочее.
Так что я категорически не согласен с тезисом, что в Беларуси санкции в основном душат экспорт в ЕС, а в России — импорт из ЕС.
________________________________________
— Значительная часть санкций на импорт — это запреты на ввоз в Россию товаров военного и двойного назначения. ЕС не хочет продавать России товары, с помощью которых она будет убивать больше украинцев. Разве эта цель не достигается?
— Но ЕС запрещает ввоз в Россию и женского белья, и косметики, и листьев деревьев, и трёхколёсных велосипедов. Эти товары помогают Путину вести войну?
Реальный результат санкций ЕС оказывается таким, что, условно говоря, взрывчатку сейчас стало даже значительно проще завезти.
Я некоторое время назад проводил исследование и общался с бизнесменами, которые занимаются импортом в РФ товаров двойного назначения. Сейчас почти весь импорт из ЕС в Россию «серый», полулегальный. И это привело к тому, что значительно проще в этом импорте скрыть товары двойного назначения. И нет разницы в издержках на «серый» импорт женского белья и товаров двойного назначения.
________________________________________
— С 2021 года экспорт товаров из Беларуси в ЕС упал в 14 раз, из РФ — в 6 раз. Почему? За счёт того, что Россия всё же продавала в ЕС энергоносители?
— Российская экономика значительно более диверсифицирована, чем белорусская. И в российском экспорте большая доля минеральных продуктов — газа, нефти, угля и связанных с ними продуктов. А Беларусь экспортировала в ЕС в том числе промышленные товары или полуфабрикаты для промышленности. Это товары с очень низкой маржинальностью. И возникновение дополнительных издержек губительно для экспорта таких товаров.
На таких товарах продавец зарабатывает меньше, чем продавец сырья.
И снижение экспорта Беларуси в ЕС — это результат не столько физической невозможности продать в ЕС, сколько того, что это невыгодно при текущих издержках и другие направления стали более выгодными.
________________________________________
Кто прав в вопросе санкций ЕС — Тихановская или Колесникова?
— В белорусской оппозиции высказываются разные мнения относительно санкционной политики ЕС. Светлана Тихановская выступает за сохранение и даже усиление этих санкций, Мария Колесникова — за то, чтобы ЕС проводил такую же политику, как США — ослаблял санкции в обмен на уступки Минска.
А есть ли у ЕС возможности усиливать санкции в отношении Беларуси, и не затронет ли их дальнейшее усиление существенные интересы самого ЕС?
#464Mar 18, 01:17 PM5,885 viewsedited Mar 18, 01:17 PM
photo
photo